![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
humusНаш герой центурион-примипил – самый главный из всех центурионов, поскольку он из первой когорты легиона. Центурионом становились только воины-ветераны. Ветераном люди становились к 36-40 годам, а прослужить требовалось не менее двадцати пяти лет. Наш персонаж, по его словам ушел в армию за восемь лет до начала фильма, то есть никак не успевал стать ветераном, да к тому же еще центурионом высокого ранга. Если же принять, что в киномире все возможно, то тогда становится непонятно, почему его после отставки считают плебеем. Примипилы (центурионы первого копья) при уходе с военной службы переводились в сословие всадников, и смело могли пытаться достигнуть высоких должностей.
О зарплате центуриона. При Цезаре легионер в год получал 225 динариев в год брутто. Из этой суммы вычитались расходы на продовольствие, оружие и одежду. Центурионы получали в два раза больше. Как пишут специалисты «центурионы хорошо наживались на плате за освобождение от тяжелых работ или за отмену наказаний». Тут еще нужно добавить премии и долю от добычи, которая у центуриона составляла двойную солдатскую.
Став префектом, Варрен перешел на административную работу, в его ведении оказался обоз и лагерь, который в фильме представляет собой какую-то совершенно невообразимую картину: via principalis идет почему-то поперек лагеря.
Наш центурион обладает странной для своей должности рефлексией и ужасается надвигающейся гражданской войне, видя в ней гибель Республики. Настоящий (по годам) центурион уже побывал бы на предыдущей гражданской войне, когда войска Мария бились с армией Суллы, и был бы менее истеричен в своих оценках.
Варрена мы почему-то все время видим или в кожаном панцире или в какой-то тунике вольноотпущенника, хотя у него должны были быть при себе парадная туника, украшенные поножи и полусапоги. Став префектом, Варен должен был выглядеть еще раскошней.
История с похищением орла легиона. Да, известно, что отношение к изображению орла было и римских солдат таким же, как в наши времена к знамени. Но было ли столь трепетное отношение во времена Цезаря. Изображение орла ввел в легионы Марий, сравнительно незадолго до событий фильма и насколько к тому времени укрепилась традиция, не берусь судить. К тому же орел был не золотой, как в фильме, а серебряный, и всего тридцати сантиметров в высоту, но похищение такого орла у зрителей не вызвало бы большого ажиотажа.
Посещение борделя. Стоимость обычной девки в борделе была от 6 до 16 асов (самая мелкая римская монета). Когда Пуло повел Октавина в бордель для знатных особ, с него взяли тысячу непонятно чего. Тысячи асов стоили дорогие куртизанки, но среди предъявленных особ таких не было, ибо по славам самой бандерши, основной упор
делался на свежих рабынь.
Два самых анекдотичных ляпа – шевелюра у Цезаря (хотя любой школьник видел скульптурные изображения этого человека) и странное постоянное сидение за столом, вместо известного всем традиционного римского возлежания. Удивило, что, по крайней мере, дважды в кадре мы видим, как пьют из бутылок. Зеркальца у героинь сериала тоже удивляют своим современным видом.
Про чтение стихов, которые поэты напишут в другие времена, я даже упоминать не буду. А в заключение напомню одну сцену. Помните, Марк Атоний с телохранителями идет в сенат, а по пути на него нападают, Антоний не попадает в Сенат и из-за этого начинается гражданская война?
Так вот, все обстояло как раз наоборот. Вот что об этом пишет Аппиан: «Антоний и Кассий, бывшие народными трибунами после Куриона одобрили это. Сенат же, еще больше склонный к вражде, полагал, что войско Помпея, противопоставленное войску Цезаря, является его стражем, а войско Цезаря, напротив, враждебно ему. Консулы Марцелл и Лентул приказали сторонникам Антония удалиться из сената, чтобы они не подверглись каким-нибудь оскорблениям, хотя они и были народными трибунами. Тогда Антоний с громким криком в гневе вскочил со своего кресла и стал призывать на сенаторов богов по поводу насилия над священной и неприкосновенной личностью трибунов. Не совершив ни убийства, ни каких-либо других гнусностей, они изгоняются только за то, что внесли предложение, которое, по их мнению, будет полезным. Сказав это, Антоний выбежал, словно одержимый богом, предвещая предстоящие смуты, войны, убийства, проскрипции, изгнания, конфискации и тому подобное. В возбуждении он призывал тяжелые проклятия на головыь виновников всего этого. Вместе с ним из сената выбежали Курион и Кассий, ибо оказалось, что уже один отряд, посланный Помпеем, окружает сенат. Они немедленно отправились к Цезарю, тайно, ночью, в наемной повозке, переодетые рабами. Он показал беглецов в таком виде солдатам и, возбуждая их, говорил, что их, совершивших такие подвиги, сенат считает врагами, а вот этих мужей, замолвивших за них слово, постыдно изгоняют».
Хватит всего этого на первый сезон. Если посмотрю второй, то напишу еще, если никто не будет возражать.
О зарплате центуриона. При Цезаре легионер в год получал 225 динариев в год брутто. Из этой суммы вычитались расходы на продовольствие, оружие и одежду. Центурионы получали в два раза больше. Как пишут специалисты «центурионы хорошо наживались на плате за освобождение от тяжелых работ или за отмену наказаний». Тут еще нужно добавить премии и долю от добычи, которая у центуриона составляла двойную солдатскую.
Став префектом, Варрен перешел на административную работу, в его ведении оказался обоз и лагерь, который в фильме представляет собой какую-то совершенно невообразимую картину: via principalis идет почему-то поперек лагеря.
Наш центурион обладает странной для своей должности рефлексией и ужасается надвигающейся гражданской войне, видя в ней гибель Республики. Настоящий (по годам) центурион уже побывал бы на предыдущей гражданской войне, когда войска Мария бились с армией Суллы, и был бы менее истеричен в своих оценках.
Варрена мы почему-то все время видим или в кожаном панцире или в какой-то тунике вольноотпущенника, хотя у него должны были быть при себе парадная туника, украшенные поножи и полусапоги. Став префектом, Варен должен был выглядеть еще раскошней.
История с похищением орла легиона. Да, известно, что отношение к изображению орла было и римских солдат таким же, как в наши времена к знамени. Но было ли столь трепетное отношение во времена Цезаря. Изображение орла ввел в легионы Марий, сравнительно незадолго до событий фильма и насколько к тому времени укрепилась традиция, не берусь судить. К тому же орел был не золотой, как в фильме, а серебряный, и всего тридцати сантиметров в высоту, но похищение такого орла у зрителей не вызвало бы большого ажиотажа.
Посещение борделя. Стоимость обычной девки в борделе была от 6 до 16 асов (самая мелкая римская монета). Когда Пуло повел Октавина в бордель для знатных особ, с него взяли тысячу непонятно чего. Тысячи асов стоили дорогие куртизанки, но среди предъявленных особ таких не было, ибо по славам самой бандерши, основной упор
делался на свежих рабынь.
Два самых анекдотичных ляпа – шевелюра у Цезаря (хотя любой школьник видел скульптурные изображения этого человека) и странное постоянное сидение за столом, вместо известного всем традиционного римского возлежания. Удивило, что, по крайней мере, дважды в кадре мы видим, как пьют из бутылок. Зеркальца у героинь сериала тоже удивляют своим современным видом.
Про чтение стихов, которые поэты напишут в другие времена, я даже упоминать не буду. А в заключение напомню одну сцену. Помните, Марк Атоний с телохранителями идет в сенат, а по пути на него нападают, Антоний не попадает в Сенат и из-за этого начинается гражданская война?
Так вот, все обстояло как раз наоборот. Вот что об этом пишет Аппиан: «Антоний и Кассий, бывшие народными трибунами после Куриона одобрили это. Сенат же, еще больше склонный к вражде, полагал, что войско Помпея, противопоставленное войску Цезаря, является его стражем, а войско Цезаря, напротив, враждебно ему. Консулы Марцелл и Лентул приказали сторонникам Антония удалиться из сената, чтобы они не подверглись каким-нибудь оскорблениям, хотя они и были народными трибунами. Тогда Антоний с громким криком в гневе вскочил со своего кресла и стал призывать на сенаторов богов по поводу насилия над священной и неприкосновенной личностью трибунов. Не совершив ни убийства, ни каких-либо других гнусностей, они изгоняются только за то, что внесли предложение, которое, по их мнению, будет полезным. Сказав это, Антоний выбежал, словно одержимый богом, предвещая предстоящие смуты, войны, убийства, проскрипции, изгнания, конфискации и тому подобное. В возбуждении он призывал тяжелые проклятия на головыь виновников всего этого. Вместе с ним из сената выбежали Курион и Кассий, ибо оказалось, что уже один отряд, посланный Помпеем, окружает сенат. Они немедленно отправились к Цезарю, тайно, ночью, в наемной повозке, переодетые рабами. Он показал беглецов в таком виде солдатам и, возбуждая их, говорил, что их, совершивших такие подвиги, сенат считает врагами, а вот этих мужей, замолвивших за них слово, постыдно изгоняют».
Хватит всего этого на первый сезон. Если посмотрю второй, то напишу еще, если никто не будет возражать.
