Дыбрик о прикосновении к прекрасному

[humus]

Вчера имел честь присутствовать при событии большого культурного значения. Студия "Шай Тан" открыла сезон художественных выставок в Нижнем Городе. Первой не побоюсь этого слова ласточкой, стал некий безымянный художник, представивший на суд гостей и жителей квартала несколько своих работ. Художники обычно рисуют то, что видят, а данный художник живет в одной друзской деревне расположенной неподалеку от Хайфы. Немудрено, что на его картинах представлена мечеть, причем одна и та же только в разное время года и суток. Нарисовано все это было примерно на уровне Ярославы в момент пика ее художественной карьеры (старые фрэнды наверняка помнят древнюю историю с жирафом). Когда художник, мутно глядя в мою сторону, спросил "понравились ли мне его работы?" я честно ответил, что "искусство в большом долгу перед народом". Ответно спросил, откуда у него такой интерес к мусульманским культовым сооружениям и в ответ получил неприязненный ответ автора о низком уровне присутствующей публике задающей творцу одни и те же вопросы. Пришлось в ответ пробормотать фразу о "дегенеративном искусстве" и быстро уйти в сторону, так как творец стремительно погружался в пьяное безумие.
Надо отметить, что в этот раз силами хозяев при студии был организован нехилый барчик и все желающие могли упиться до состояния позволяющего адекватно оценивать выставленные полотна. Надо отметить, что творческая богема в лице художника и его боевого товарища и здесь пошла самобытным путем, поэтому вместо того чтобы воспользоваться услугами бара они принялись сам на сам поглощать принесенный с собой ром, арак и еще что-то не менее крепкое. Не прошло и часа после открытия выставки как художник со своим приятелем упились в говно и стали причинять неудобства окружающим, тем более что группа "Шай Тан" уже начала свое выступление. Пришлось уважаемому archibaldovich, человеку могучего телосложения "выгонять Васю на мороз" причем весьма энергично. Я уже было хотел ему сказать, что заодно нужно отдать художнику и его работы, но не прошло и пятнадцати минут, как парочка друзей вернулась и попыталась фестивалить дальше, но их силы были уже на исходе и они один за другим устало рухнули на бетонный пол внутреннего дворика студии. Все про них забыли, и только юная верная жена художника несла караул над телом своего возлюбленного.
Пока все впадали в "литургический сон", я, как и хозяева помещения оставался трезв как стеклышко, что поражало не только меня, но и окружающих. Но у нас было желание закончить дело, не доведенное до конца на прошлой неделе, а именно испить домашнего абсента. Все когда-нибудь кончается и, предоставив Вадика своей судьбе (он оказался вынужденным вести убитых напрочь творцов обратно в их друзские е..ня и в итоге получил заблеванную от пола до потолка машину) мы ринулись в тот самый мрачный паб, о котором я вам уже рассказывал. На этот раз все было без обмана: абсент оказался в наличии, он был действительно настоян на полыни и после четырех рюмок нас штырило не хуже чем от хорошего косяка. В отличном настроении мы вернулись домой. Так прошло наше прикосновение к искусству.