Кэтрин Невилл "Восемь"

[humus]

Карлу Великому подарили шахматы, да не простые, а с вывертом. На шестидесяти четырех клетках выгравирована магическая формула, найденная арабами в Пиренейских горах, где хранятся знания, появившиеся на Земле задолго до того, как первые человеческие цивилизации стали изменять ее облик. Шахматы имели власть над владельцем, но Карл Великий получил свое прозвище не из-за поразительной способности поглощать жратву, поэтому он смог преодолеть наваждение и с тех пор доска с фигурками были спрятаны в пограничном монастыре Монглан, где они и хранились в глубокой тайне до Французской Революции. К тому времени тайны шахмат узнал Ришелье, через него Вольтер, а дальше масоны, Тайлеран и русская императрица Екатерина, которая как и Карл, была Великой. Тайлеран и Екатерина наперегонки пытались завладеть фигурками, но мудрая абатисса выдала каждой монашке по фигурке и выпнула всех из монастыря в свободное плавание.
Уже в наше время гениальная компьютерная программистка попадает в сети полуторатысячелетней мистерии и пытается спасти жизнь, сражаясь с многообразными врагами. Среди них присутствует советское КГБ, контролирующее знаменитого шахматиста Соларина при помощи его телохранителей Гоголя и Бродского.
Понятно дело, я и не думал, что Господь наказал Россию Донцовой в качестве исключительной кары, но надеялся, что с ее иностранными товарками мне встретиться не доведется. Но встреча в Самарре все-таки состоялась. Если когда-нибудь сраженная кишечной палочкой или гриппом Донцова прочитает что-нибудь популярное по истории, то на свет может появиться вот такой же монстр, только наряженный в рубашоночку с национальным орнаментом. Какой-нибудь Иван Подушкин или Виола Тараканова начнут разыскивать магическую чарку Св.Владимира, позволявшую пить, не хмелея, тем самым ставившая в безнадежное положение любых партнеров по деловым переговорам. Разумеется, ее разыскивает также и мировая закулиса, чтобы окончательно споить русский народ, но главный герой или героиня, вооруженные лишь аншлаговским юмором и несокрушимым идиотизмом спутают им все карты и подарят чарку Юрию Лужкову.
Кэтрин Невилл, наверное, назвала роман "Восемь" по числу своих извилин. Она себе льстила. Это не извилины, а морщинки.