humus | Винные мемуары-2 часть 15

Винные мемуары: Мои университеты" ч1-13
Винные мемуары. Начало
Винные мемуары. Часть 2
Винные мемуары. Часть 3.
Винные мемуары. Часть 4.
Винные мемуары. Часть 5
Винные мемуары. Часть 6
Винные мемуары. Часть 7
Винные мемуары. Часть 8
Винные мемуары. Часть 9
Винные мемуары. Часть 10
Винные мемуары. Часть 11
Винные мемуары. Часть 12
Винные мемуары. Часть 13.
Часть вторая: Проблемы пития в переходный период
Винные мемуары - 2. часть 1.
Винные мемуары - 2. часть 2
Винные мемуары-2. часть 3
Винные мемуары-2. часть 4
Винные мемуары-2. часть 5
Винные мемуары-2 часть 6
Винные мемуары-2. часть 7
Винные мемуары-2 часть.8 (Новогодняя)
Винные мемуары-2 часть 9
Винные мемуары-2 часть 10
Винные мемуары-2 часть 11
Винные мемуары-2 часть 12
Винные мемуары-2 часть 13
Винные мемуары-2 часть 14
Повременим с концертами и вообще с рок-музыкой. Давайте вспомним, что и как пили в те времена. Те, кто был еще юрким сперматозоидом в начале 80-х не знают, что такое «Привет Горбачеву», а тогда такие приветы стояли во всех домах. Когда все бухло по талонам или в втридорога на трассе, то приходится учиться все делать самому. Самые неприхотливые ставили дома флягу бражки, самые деловые прикручивали змеевики, а обычные люди заполняли банки настойками по вкусу. К примеру я очень плодотворно экспериментировал с облепихой. Облепиха, рис, сахар и спирт, трехлитровая банка, резиновая перчатка и все, надо только собрать всю волю в кулак и выдержать дней десять. Впрочем, если ставить банки одну за другой то спустя какое-то время ожидание перестает быть столь напряженным. Облепиховка получалась вкусной и очень крепкой. Пить ее хотелось много и в одиночку чтобы не делиться с другими. Однажды я поругался с подругой. Она ушла на работу, а я придвинул банку поближе и приступил заливать грусть. К обеду подруга вернулась, решила помириться, но увидела, что я не обращаю на нее никакого внимания, а продолжаю читать книгу. Рядом валялась пустая банка. Она подошла поближе и увидела, что книгу я держу кверху ногами. Удивленная она толкнула меня за плечо и я с грохотом упал на пол так и не приходя в сознание.
Из спиртных напитков, оставшихся вне поля талонной продажи, лидером продаж внезапно заделался «Тархун». Тезка безалкогольного напитка, он почему-то продавался исключительно в овощных магазинах. Главной задачей стало обнаружение подобного магазина и быстрая затарка. Сорокаградусное пойло экологично зеленело в стакане и на выходе красило унитаз не хуже зеленки. Вставляло быстро, а на утро давало о себе знать даже меньше стандартного «Агдама». Хорошо шло под морскую капусту и кукумарию, банками с которой были заставлены все полки наших магазинов.
Трасса приносила водку в любое время суток, но возможность нарваться на опасную для жизни катанку была велика. Помню как-то пили с приятелем спирт на работе у уже известного вам Виктора М, врача-анестезиолога. В веселом настроении мы отправились по домам, но для полной нирваны не хватало еще одной. В пути встретили машину, купили бутылку «Русской». Пришли ко мне домой, подруга была у кого-то в гостях, выпили по первой и сознание окончательно погрузилось в туман. Словно со стороны я смотрел на то как мой товарищ разбивает свои часы об стену, а затем окончательно уделывает их каблуком. Потом слышал как хлопает входная дверь и провалился в небытие. Утро было ужасным, голова отказывалась сидеть на шее. День на работе тянулся бесконечно, а пиво не помогало. Во второй половине дня ко мне в магазин подтянулся приятель, тоже с лицом набекрень. Он ругал паленую водку, оплакивал часы и рассказывал эпическую историю о своем анабазисе, полном каких-то случайных и уже полузабытых столкновений с людьми и предметами. Тут вдруг в голову пришла мысль, что я поставил отравленную бутылку в холодильник и пришедшая с работы подруга может на нее напороться. Звоню на работу, подруги уже там нет. Проходит какое-то время и вдруг в дверях появляется знакомая парочка. Подруга со своей приятельницей. Все чудовищно пьяны, расхристанны и жалобным голосом бесконечно тянут «еду я на родину, родину-уродину» прерывая пение рыданием. Как потом показало вскрытие ими было выпито всего лишь по рюмке этого чудесного напитка.
Змеевики и самогонные аппараты таили в себе другую опасность. Использовать их в своем подсобном хозяйстве могли только крепкие, нордические мужчины. Перед любым другим открывались двери в ад.
Один мой приятель Сергей Миляев, любимец женщин и душа любой компании, решил заработать на ниве торговли самогоном. Приобрел аппарат, приладил змеевик, дождался момента, когда жена уехала в командировку и приступил к производству. Первые капли начали собираться в приготовленном сосуде, но тут Миляева посетила страшная мысль: технология не проверенная, вдруг продукт вышел некачественным и его вместо того чтобы одарить деньгами наградят плюхой. Значит первую порцию нужно проверить самому. Сказано-сделано. Варево оказалось вкусным, он допил этот сосуд и стал ждать следующий. На третий день он решил, что не стоит ждать пока наберется полный сосуд и просто лег под змеевик. Через неделю его из забытья вывел толчок в плечо. Он с трудом разлепил глаза и увидел перед собой космонавта Комарова. «Товарищ Миляев, как вам не стыдно. Все уже собрались на космодроме, сам Генеральный Конструктор уже там, а вы все еще прохлаждаетесь. Немедленно собирайтесь и полетели». Миляев оделся и пошел за Комаровым на стартовую площадку.
На его счастье в этот момент домой вернулась приехавшая из командировки жена и успела снять его с подоконника пятого этажа. Соседи вызвали скорую и Сергей был увезен в дурку. Там некоторое время спустя космонавты уступили место обычным чертям и врачи сказали, что больной идет на поправку. Через месяц-полтора его выписали, но это уже был не человек, а мертвец. Тихий, угасший он в гостях незаметно сидел в углу, словно тень. Через пару лет он уехал к себе на родину в Томск или Барнаул, сейчас уже не вспомню. Видевшие его говорили, что он поет на местном рынке песни религиозного содержания.
Но в лучшие годы он блистал. Ему симпатизировала Янка, он знал ее еще по Новосибирску, а в Иркутске он устроил к ее приезду целое представление, о котором будет рассказано в свое время. Пока же я вспомнил историю с кафе «Елочки».
Есть у нас такая привокзальная рыгаловка. Она удобна тем, кто едет до Ангарска и дальше. Накатываешь под салатик и чебуреки пузырь, потом дремлешь до Усолья или Черемхово, сокращая тем самым пространство и время. Вряд ли кто из аборигенов не знал это место. Вот как раз в нем однажды Сергей Миляев с Андреем Семеновым разминались перед поездкой в Усолье. Это было летом в июле, в самую жару.
Они тогда халтурили художниками, расписывали детские сады и кафе. Это отдельная история, я имел счастье видеть одно из таких осчастливленных кафе и должен сказать, что Голливуд много потерял не пригласив их к себе оформлять местные хорроры. Они как раз получили аванс и с удовольствием его тратили. Бутылка сменяла бутылку, душа рвалась наружу и при взлете расшвыривала людей и посуду. Немудрено, что итог оказался закономерным – они оказались в трезвяке. Миляев как человек более умудренный жизнью утих и не отсвечивал. Семенов бушевал, его раздели и отправили под душ, но холодная вода не погасила в нем тягу к свободе, он вырвался из рук работников учреждения и в чем мать родила, сиганул в приоткрытую заднюю дверь и оказался на маленьком дворике заросшем чертополохом и лопухами. Когда сатрапы настигли его, он уже безнадежно запутался в колючей проволоке ограды и его кровь окрасила близлежащие одуванчики. Его принялись вязать в позе ласточки. Миляев же в эти минуты нашел путь к сердцу начальника заведения, рассказав ему трогательную историю двух художников, чью душу оскорбили плохо приготовленные салаты в кафе. Из этой баллады майор вынес для себя лишь то, что нашлись люди, которые на халяву оформят ему красный уголок. Семенова развязали и вернули одежду. У них забрали паспорта и пригласили приступать к работе со следующего понедельника. Справедливости ради надо отметить, что деньги были им возвращены в целости и сохранности, поэтому они вернулись в кафе, откуда были столь бесцеремонно изъяты. Понятно что там им были не очень рады….